«Дуракаваляние» Владимира Устинова

29.03.2017 09:55:00 Описание

Вот и не будь после этого фаталистом… Один из лучших рязанских характерных актёров родился в День дурака! 1 апреля Владимиру Устинову исполняется 75 лет. В Рязанском театре для детей и молодёжи он служит начиная с 1974 года.

Коллеги и друзья называют его Петровичем. Согласитесь, есть в этом обращении по отчеству безусловное уважение… И уж поверьте опыту знакомства с закулисьем: в театральном мире уважительное отношение коллег дорогого стоит. Удивительно, но за долгие годы общения с рязанскими служителями Мельпомены автор этих строк ни разу не слышал об Устинове ни одного дурного слова. Даже явные недоброжелатели, а такие, безусловно, имеются, не могут сказать, что Петрович кого-то подвёл или не сдержал обещания. Ему не свойственен пустопорожний закулисный трёп и выпячивание собственной персоны. Устинов, пользуясь терминологией Иммануила Канта, «вещь в себе», и под оболочку защитного панциря юмора и иронии допускается далеко не каждый...

Сомнения для души

– Владимир Петрович, ты, конечно, знаешь о старом актёрском правиле: в одном театре нельзя задерживаться больше трёх сезонов. Не жалеешь, что скоро будешь праздновать полувековой юбилей на рязанской сцене?

– Конечно, в этом утверждении есть своя правда… Актёр привыкает к публике, к партнёрам и успокаивается… А это значит, что перестаёт сомневаться, душу свою корябать. Знаешь, есть такой старый анекдот: встречаются два артиста после спектакля. Один играл, а второй был в зрительном зале. Тот, который участвовал в спектакле, спрашивает: «Ну, как я тебе?» – «Да знаешь, что-то не очень…» – отвечает коллега. «Брось свои шутки! Я ведь серьёзно спрашиваю…». Я это к тому, что без сомнений не бывает творчества. Но время сейчас такое, что «из Керчи в Вологду» каждые три года не поездишь. Да и раньше это было непросто. Особенно, когда у тебя семья. Врос я в рязанскую жизнь всеми корнями. Что уж теперь жалеть? Жизнь складывается так, как она складывается. Здесь, на этой сцене, сделано было немало, да и ещё надеюсь кое-что сделать…

Пафосное сравнение

Лично мне как зрителю несколько обидно, что Владимир Устинов был в основном востребован в амплуа характерного актёра. Его талант способен «работать» не только в комедии, но и в сложнейшем жанре трагифарса. Редкое качество… Именно благодаря ему в разное время и в совершенно разных ролях проявили себя Юрский, Евстигнеев, Табаков, наконец, великий Чарли Чаплин… Понимаю, что уважаемому юбиляру столь пафосные сравнения вряд ли понравятся. Чувство юмора, в том числе и по отношению к себе, Владимира Устинова никогда не покидало. И тем не менее думаю, что имею право упрекнуть рязанских режиссёров.

– Не знаю, как там насчёт Чаплина, но в какой-то степени я с тобой могу согласиться, – размышляет Петрович. – Есть в моей биографии некий перекос в сторону комических ролей. Я ведь по молодости мог и сальто крутануть, и спеть, и чечётку сбацать. Ну как режиссёрам, да ещё и в детском театре, это не использовать? Но были и совсем другие работы. Очень люблю копаться в психологическом рисунке, искать нюансы, подробности. К сожалению, таких ролей, где всё заполняешь своими нервами, кровью, судьбой, не бывает много. И амплуа здесь ни при чём. Просто слишком много обстоятельств должны совпасть – пьеса, режиссёр, время…

Ультиматум Кузьмина

Я намеренно не хочу перечислять многие и многие образы, созданные Владимиром Устиновым на сцене Театра на Соборной. Скажу только, что их было далеко за сотню… И всё же легендарного Труффальдино из «Слуги двух господ» Карло Гольдони не могу не вспомнить. Удивительный спектакль ещё совсем молодого Сергея Кузьмина. Рязанский ТЮЗ образца середины 70-х. Театр, куда спрашивали лишние билетики начиная от остановки «Детский мир»...

Петрович был удивительным Труффальдино. Открою одну маленькую театральную тайну. На худсовете, когда обсуждалось назначение на главную роль, многие коллеги высказывались против Устинова. Кузьмин настоял: «Или Труффальдино будет играть Устинов, или я не буду ставить спектакль!»

А после триумфальной премьеры те же самые коллеги рассыпались в комплиментах, утверждая, якобы, Гольдони будто специально писал эту роль для Устинова… Что тут скажешь? Это театр…

На самом деле Петрович действительно был великолепен. Смешной до колик, лёгкий, пластичный, он буквально «укладывал» зрительный зал, выполняя знаменитые лацци (итальянский термин, обозначающий момент актёрской импровизации) с пирогом и распечатыванием письма. И в то же время был в этом весёлом персонаже второй план, некая грусть, жизненный опыт, о котором зритель мог только догадываться. Это качество вообще свойственно талантливым актёрам – в любой роли оставлять для зрителя некую загадку, тайну второго плана…

Первый урок

Владимир Устинов родился в 1942 году в маленьком городке Верещагино Пермской области. В его семье никто не имел отношения к театру. Отец – строитель, фронтовик, вернувшийся домой после тяжёлого ранения. В 1945 году его отправили восстанавливать Великие Луки. Вот там Петрович впервые и вышел на сцену.

– Мама работала в госпитале, – вспоминает Владимир Петрович. – Ну и решили концертную бригаду организовать для раненых. Я стихотворение читал. Помню, когда выступал, мужики в зале плакали. Спрашиваю у мамы: «Почему они плачут? Я что, плохо читал?» Она мне объяснила, что у каждого дома такой же пацан был. Им, скорее всего, было безразлично, как я читал. Они просто смотрели на меня и свои семьи вспоминали. Вот такой был первый урок актёрского мастерства...

Потом Устиновы вернулись в Пермь. Затем были народный театр при районном Доме культуры, студия местного драматического театра, молодой, только что созданный Пермский ТЮЗ, а далее приглашение Кузьмина в Рязань.

Повод для разговора

– Ты много лет работаешь руководителем школьного театра. Не надоело?

– Да, без малого 35 лет в школе № 63. Был момент, когда совсем уж уходить собрался, – устал… Но директор применила «военную хитрость» – предложила с первоклашками вести предмет «Театр». А я взял и сдуру согласился. Оказалось, как наркотик. С ними ведь будто чистым кислородом дышишь.

– А как общий язык находите?

– Даже не знаю, что тебе сказать. Буквально сразу после знакомства переходим на ты. А дальше беседуем о жизни, о любви, обо всём на свете.

– Это с первоклассниками?

– Ну почему только с первоклассниками? Сегодня некоторые ребята, которые начинали у меня заниматься в 70-х, приводят в наш театр своих внуков. Вот так… Ты только не подумай, я никогда не ставил перед собой цели готовить из них артистов. Просто театр – это очень хороший повод откровенно поговорить о чём-то главном в человеке. О душе, о правде… Вот по этой причине мы делаем спектакли больше по советским пьесам. Конечно, всякую муть про партию и комсомол выкидываем. Но, что бы там ни говорили сегодня, в большинстве пьес тех лет был определённый нравственный стержень. А чернухой сейчас все и так уже по горло сыты…

…Он органически не умеет халтурить. Чем бы ни занимался – тратит себя, что называется, на полную катушку. К слову сказать, четверть века Петрович был одним из лучших в Рязани Дедов Морозов. Для актёра это отличный приработок. Но, когда почувствовал, что силы уже не те, решительно повесил на гвоздь новогоднюю амуницию. Коллеги удивлялись, мол, тебе же звонят, приглашают, а ты такие «точки» отдаёшь… Но для Устинова это нормально. Он за одну новогоднюю массовку по полтора килограмма сбрасывал, причём в независимости – в детском саду «дедморозил» или у себя в родном театре. По-другому просто не может. Не умеет.

Он родился 1 апреля. И «валять дурака» для заслуженного артиста России Владимира Устинова – любимая профессия. Глядя на него, понимаешь: быть шутом ох как непросто. Во всяком случае, когда дело касается Петровича…

Фото rzn-tdm.ru

МЕЖДУ ТЕМ: Первый исполнитель Труффальдино – легендарный актёр итальянской комедии dell'arte Антонио Сакки считал, что эта роль требует размышлений философа, лёгкости акробата и вокальной одарённости оперного певца. На фото в этой роли вы можете видеть Владимира Устинова. 

Вернуться к списку

Архив номеров

          

    
Задать вопрос редакции