Парламентские рубежи

19.12.2014 Описание

В 2015 году российскому парламентаризму исполнится 110 лет. В 1905-м увидел свет знаменитый Октябрьский манифест. Он распределил до тех пор единоличное право императора устанавливать законы между монархом и Государственной Думой.

Но по прошествии века с лишним примеров, когда отечественным парламентариям удавалось прийти к конструктивному диалогу, крайне мало. Политическое единодушие в России вообще явление редкое. У нас, как правило, одни за то, чтобы всё оставалось по-старому, другие же призывают, мол, «разрушим до основанья, а затем...» И никакого компромисса.

Так есть ли предпосылки к тому, что уж если не к сентябрьским региональным выборам, то хотя бы к декабрю 2016 года, когда пройдут очередные выборы в Государственную Думу, на политической арене появятся новые игроки, при этом не консервативного либо радикального, а созидательного толка?

От распрей до «болота»

– Российская парламентская эволюция имеет своеобразную историю, – рассказывает доцент кафедры истории и международных отношений Рязанского госуниверситета им. С. Есенина, координатор Рязанского клуба политологов Юрий Мостяев. – В большинстве стран Европы парламентские системы сформировались во второй половине XIX столетия. У нас же политическая модернизация произошла с большим опозданием...

Первые две Думы, в которых преобладали формально оппозиционные к монархии партии кадетов и трудовиков, примерялись к законотворчеству считаные месяцы, тратя свое время в основном на пустословие. Конец думским распрям положил не кто иной, как тогдашний министр внутренних дел страны Петр Столыпин, который попросту разогнал депутатов и, к слову, изрек по этому случаю ставшую впоследствии знаменитой фразу: «Им нужны великие потрясения, а нам нужна великая Россия!»

С легкой руки Столыпина в третьем и четвертом созывах дореволюционных Дум преобладали партии промонархистского толка, и парламентская атмосфера того времени была чрезвычайно умиротворенной... Кстати, именно тогда степень сговорчивости приверженцев разных политических платформ достигла своего апогея. Те же октябристы, неизменно ориентированные на дружбу с правительством, при решении одних вопросов с легкостью вступали в блок с кадетами, добиваясь при этом необходимого парламентского большинства, при решении других не чурались якшаться с националистами... Государственные мужи, поощряя эту дружбу, нередко оказывались не в состоянии убедительно продемонстрировать свою волю тогда, когда это было необходимо. А буржуазия, которая могла бы расшевелить это «болото», вроде бы и продолжала стремиться к преобразованиям, но ... сама же их страшилась, так как зачастую не мыслила себя без поддержки структур действующей власти и чиновников. Не правда ли, знакомая картина и для нынешних времен? Хотя есть одно важное различие. Все-таки ныне политические мускулы первых лиц государства выглядят не в пример солиднее.

Где золотая середина?

Парламентаризм конца восьмидесятых – начала девяностых пережил во многом схожие этапы становления. И вновь парламентская солидарность, вдохновленная либеральными идеями в наших реалиях, увы, оказалась малопродуктивной. Знания лучших умов своего времени: академиков Андрея Сахарова, Дмитрия Лихачева, Георгия Арбатова – не пришлись ко двору...

– В европейских странах партии либерального толка многие годы укрепляли свои позиции за счет значительного по численности класса малых и средних собственников, – продолжает рассказ Юрий Мостяев. – У нас же этот слой общества не сформирован и по сей день. Нет золотой середины в обществе, нет ее и в политике. А есть те, кто располагает ресурсами, и те, кто претендует на них, нередко безосновательно... В силу этого многие идеи, предполагающие достижения компромисса, не находят поддержки.

Стоило бы поработать...

Потому как столетие назад, так и теперь уместнее говорить не о дружелюбии между парламентариями, а об интересных, светлых идеях, которые могли бы привнести новую струю в порой уж чрезмерно спокойную политическую заводь, но не расплескивали бы при этом воду понапрасну... Почему же нынешняя политическая оппозиция не предлагает таких идей? Почему активность ее заметна только в канун выборных кампаний, в прочие же времена доверие избирателей интересует ее постольку-поскольку?

– К сожалению, российская политическая оппозиция не считает нужным демонстрировать свои духовные, нравственные преимущества, – высказывает мнение Юрий Мостяев. – Не идет в народ, крайне редко выступает с инициативами, которые могли бы найти отклик в сердцах людей. Чтобы заслужить доверие, нужно работать, а не сетовать на то, что, мол, партия власти прибрала всё к своим рукам.

Другие державы, которые избрали вектором своего развития укрепление парламентаризма, в разное время уже прошли по этому пути. Наша парламентская эволюция все еще в самом разгаре...

ЦИФРА: Рекордное количество партий участвовало в выборах в Госдуму России в 1995 году – 43. Антирекорд состоялся в 2011 году – тогда на выборы заявились всего 7 партий.

Автор: Юрий Александров
Теги: Политика
Вернуться к списку

Архив номеров

         

    
Задать вопрос редакции