Задать вопрос
Сайт разработан:
Стартап студия Pushkin

Музыкальные приключения итальянца в России

6 Октября 2015

Джазовый певец Борис Саволделли снова приехал Рязань. Уже 22 октября он выступит с группой Feelin’s на концерте-презентации международного проекта и нового альбома ЕсенинJazz, представив рязанской публике стихи Есенина в джазовой обработке на русском, английском и итальянском языках!

А незадолго до 120-летнего юбилея Сергея Есенина Борис Саволделли побывал в гостях у «Вечёрки»...

В Рязани Борис Саволделли уже в пятый раз. Говорит, что в последнее время бывает тут даже чаще, чем в родном для певца итальянском городе Пизонье...

Удивительная страна

– Естественно, всегда хочется знать, какое первое впечатление производит Россия на иностранцев?

– Обычно все приезжие говорят, что большое впечатление на них производит Москва. Но в моём случае это не так. Если убрать из вашей столицы главные достопримечательности: Красную площадь, Кремль, Старый Арбат, что останется? Самый обычный мегаполис... Мне интереснее бывать в провинции.

Так, по пути из Сочи мы заехали в Касимов и там пообедали в кафе, которое, на мой взгляд, выглядело абсолютно по-советски. Мне показалось, будто я попал в старый советский фильм. На меня это произвело настолько сильное впечатление, что я до сих пор рассказываю друзьям об этом случае. Но ещё больше в России удивляют расстояния. В Италии через каждые сто метров что-то есть: дом, фабрика... Здесь же мне как-то довелось ехать из Новосибирска в Томск, и три часа за окном были только леса и много снега... Невероятно! К тому же вы совершенно по-другому оцениваете расстояния. Для вас четыре часа на машине – близко! Для Италии близко – это 15 минут.

– Насколько хорошо вы были знакомы с русской культурой до приезда в Россию?

– О, моя мама очень любила русскую культуру... Собственно, поэтому меня и зовут Борисом. А вообще, я с большим интересом изучал российскую историю XX века, классическую литературу. Читал «Идиота» и «Преступление и наказание» Достоевского, «Войну и мир» Толстого. Естественно, в последнее время читаю многое из Есенина.

А кроме того, очень люблю творчество Сергея Эйзенштейна. «Броненосец Потёмкин» – мой любимый фильм. Это шедевр, каждый его кадр я воспринимаю как отдельную картину, как произведение искусства. Восхищают меня и советские плакаты середины XX столетия: созданные безо всякой компьютерной графики, актуальные и по сей день...

Спрос на «итальяниту»

– По вашему мнению, насколько много общего у итальянской и русской культур? 

– И русские и итальянцы являют себя миру такими, какие они есть... И у нас и у вас за плечами тысячи лет истории, и, конечно, очень многое тесно переплетено. У нас нет, и не может быть такой взаимосвязи с Америкой, ведь у них-то истории всего ничего... И мне проще общаться с русским, нежели с американцем. При этом я ничего не имею против Штатов, часто там выступаю. Но вот что интересно; меня там любят за то, что я не стремлюсь быть похожим на американца. Я выражаю свою «итальянскость», или «итальянита», как мы говорим. И с русскими бывает так же. Взять для примера выдающегося саксофониста Игоря Бутмана. Хоть он и учился в Америке, публика слушает его в том числе и потому, что он – русский и через музыку выражает свою «русскость»...

– Ещё 30-40 лет назад в Советском Союзе был большой спрос на итальянскую культуру. Мы заслушивались песнями Адриано Челентано, а ещё раньше наслаждались фильмами Федерико Феллини... Как вам кажется, почему в конце концов этот ажиотаж сошёл на нет?

– Хороший вопрос. Я думаю, это связано с американизацией всего общества в целом. Вот вы вспомнили о гении – о Феллини... А почему он был гением? Потому что ему, при всём его невероятном таланте, удавалось передавать миру свою итальянскую суть. И лучшие итальянские певцы тоже привнесли в музыку неповторимый национальный колорит. Сейчас же итальянцы имитируют американцев, их культуру. Это глупо, как по мне... Из имитации не может выйти ничего путного.

– По-вашему, раз уж мы говорим о сходстве культур, много ли итальянского было в Сергее Есенине?

– Думаю, что много... Есенин мог открыто выражать свои чувства, не скрывать их, притом что мужчине демонстрировать эмоции бывает довольно трудно. Даже сказать маме или любимой девушке, как сильно ты их любишь, – уже большая проблема...

Есенин умел выразить свою любовь к чему-то возвышенному, а потом так же легко и свободно говорить о простых вещах, и в этих его словах любви было не меньше. Я бы сказал так: он был обычным настоящим человеком. Писал о маме, о шушуне, о красивых лесах, а вечером выходил в паб (аналога слову «кабак», в итальянском языке, увы, не существует – Ред.) и выпивал... Обычная жизнь, так похожая на итальянскую... К слову, у меня есть друг Алессандро. Так вот, он как-то целую неделю переводил одно из есенинских стихотворений, после чего написал мне буквально следующее: «Есенин – один из нас».

От Пизонье до Рязани

– Борис, как судьба свела вас с группой Feelin’s и проектом ЕсенинJazz?

– Наша история началась, когда я в первый раз приехал в Рязань. Творческий центр Feelin’s организовал мой концерт, а по его завершению у меня была пара часов свободного времени, чтобы пообщаться с руководителем группы Геннадием Филиным. Ему понравился мой голос и стиль, в котором я работаю. Он предложил мне солировать в уже существующем проекте на стихи Сергея Есенина. У меня же давно была идея сделать совместный проект с русскими музыкантами. В общем, мы обменялись контактами, и как только я закончил гастроли, мы сразу приступили к работе. Для меня это стало вызовом! Я стал читать книги о творчестве Есенина. И чем больше я читал, тем глубже погружался в его лирику. Мне хотелось петь его стихи на итальянском языке...

– Но не сложно ли сочетать эмоциональные, рвущие душу стихи Есенина с джазовой музыкой, порою спокойной, размеренной, настраивающей на позитивный лад?

– Мне это не кажется сложным. Вот как-то раз я услышал совершенно сумасшедшую танцевальную аранжировку песни на стихотворение Есенина... В том случае можно было уверенно сказать: одно другому не подходит. Нам же джазовая музыка помогает показать глубинный смысл песен, по-крайней мере мы стараемся передать этот смысл. И в этой ситуации неважно, на каком языке я пою. Зачастую люди подходят ко мне после концерта, жмут руку, говорят, как это было потрясающе... В такие минуты я понимаю, что всё было сделано правильно. Мы вызвали в людях живые эмоции, а значит, сумели передать суть стихов Сергея Есенина.

Джаз будет жить всегда!

– Но всё-таки, вам не кажется, что в последние годы джазовая музыка становится всё проще, более массовой, что ли? Потому и не появляется больше таких ярких звёзд, какими были в своё время Луи Армстронг, Элла Фицджеральд...

– Нет, джаз не стал проще... Просто появилось много новых направлений. А те же Армстронг и Фицджеральд были первопроходцами и прославились, поскольку многое делали впервые.

Теперь же, когда мы становимся свидетелями импровизации на сцене, это уже джаз. И как бы ни менялась музыка в будущем, мы всё равно будем иметь дело с джазом.

– А на какую музыку вы ориентируетесь в своём творчестве?

– На любую, которая вызывает у меня в душе отклик. Это может быть и джаз и авангардная музыка, а бывает даже, что поутру я с удовольствием слушаю Элтона Джона, хоть это и поп-музыка... Я не загоняю себя в определённые рамки. Поэтому, к слову, и люблю Есенина. Ведь он никогда не представлял некое одно направление в поэзии... Не случайно его перевели на множество языков, потому что он затрагивает все струны души человека. Изумительно играет на контрастах, а ведь вся наша жизнь – это один большой контраст...

– Приоткройте завесу, чего нам ждать на вашем концерте в Муниципальном культурном центре 22 октября?

– Это будет грандиозное шоу, которого Рязань ещё никогда не видела! Огромный концерт. Вас ждёт радость и грусть в одном флаконе, эмоции и чувства в чистом виде. Словом, приходите, и вы не пожалеете...